familiaris dei
22.04.2011 в 14:05
Пишет servanto:

...
«Перед тем, как они сели ужинать, Иисус взял хлеб [что значит: духовные заповеди Закона и пророков] и благословил его [что значит: одобрил и подтвердил их], преломил [что значит: объяснил их в духовном смысле] и раздал ученикам Своим [что значит: научил их духовному послушанию]. И Он сказал им: «Берите [что значит: будьте просветлёнными], ешьте [что значит: проповедуйте это всем]… (Матф.26:26)»
(Латинский ритуал катаров – принятие молитвы Господней - Северная Италия, около 1250 года)

Я спросил… еретика [Гийома Белибаста], верит ли он в то, что освященная облатка является телом Господним, и он мне ответил: «Видишь ли, я совсем в это не верю, но надо вовсе не иметь аппетита, чтобы не проглотить эту вафельку».
(Предатель Гийома Белибаста, Арнот Сикре)

В Страстной Четверг великие прелаты великих Церквей, преисполнясь уничижения паче гордости, моют ноги подчиненным. Все остальные дни в году они как правило, носят Prada и Rolex, чтобы соответствовать своему сану. Но Страстной Четверг – это Страстной Четверг, и первосвященники усиленно имитируют Господа Нашего (Иоан. 13:4-14). В Великий Пост, и особенно в Страстную Неделю, прелаты великих Церквей усиленно постятся, почитая Страсти Господни, но в другое время ни в чем себе не отказывают. Неужели этого достаточно, чтобы называться святым и благим и иметь власть связывать и развязывать? Разве для того, чтобы быть истинным другом Божьим, не нужно исполнять то, что Господь заповедал (Иоанн. 15:14-15)? А ведь это нелегко, и требуется усилие, с которым входят в Царствие Небесное (Лук.16:16, Матф. 11:12). Намного проще жить в грехах и говорить о «мистическом теле». Намного легче съесть вафельку на золоченом блюдечке, даже веря всем сердцем, что она - Тело Господне, чем исполнять заповеди Закона жизни.

Великие Церкви учат, будто в этой вафельке, после пассов руками, приседаний и ритуальных мантр, совершенных священником, воплощается Господь Наш. Но если это так, как богохульно и противно всякой логике поедание Господа Нашего! Да-да, мне известно, что за этим стоит целая богословская и философская традиция, оправдывающая и объясняющая каждый пасс и каждую мантру. Да, мне известно, что многих это умиляет и по-настоящему радует. Но я, я не воспитана в этих традициях, я не знаю радости умиления родными жестами. Для меня остается голая суть. Если Христос, как они учат, - человек, то что за людоедство совершается на алтаре? А если Иисус Христос – не простой человек, а Богочеловек, то тогда, будучи съеден, Он не должен раствориться в желудках и кишках, а по выходе из организма должна же как-то проявиться Его святая природа? А между тем, никто не замечал ничего особенного в том, что выходит после поглощения облатки: ни розами оно не пахнет, и не подобно оно жемчугам… Или обожено уже все, в том числе и продукты телесных отходов?

Но было бы еще полбеды, если бы только так толковали Установление Тайной Вечери. Всяк волен верить, во что ему вздумается. Даже в то, что другие считают богохульством. Хуже то, что иную, не столь отталкивающую обычного человека версию, загонят в подполье и даже сотрут с лица земли. Вероятно знал, об этом Господь Наш, потому что предсказывал: «Изгонят вас из синагог; даже наступает время, когда всякий, убивающий вас, будет думать, что он тем служит Богу. Так будут поступать, потому что не познали ни Отца, ни Меня.» (Иоан.16:2,3)

Буква, как известно, мертва, а дух животворит, но, видно, эта прописная истина не всегда ведома теологам великих Церквей. Они предпочитают утверждать, будто Заповеди Божьи даны как благие пожелания, для исполнения по возможности, но если уж написано: «Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть плоти Сына Человеческого и пить крови Его, то не будете иметь в себе жизни…» (Ио. 6, 53-55), значит, надо есть облатку и все тут. Все иное подобно «шаг влево, шаг – вправо». Хотя, если утверждать, что Христос – это человек, обожествивший плоть человеческую Своим воплощением, тогда евхаристия принимает смысл поедания человечины в виде хлеба, но мне представляется это делом весьма странным. Не спорю, возможно, я чего-то не понимаю. Возможно, я чего-то не принимаю. Но если принять версию, изложенную евангелистом Иоанном (Ио.1:1; 1:9-11), то Господь Наш пришел в этот мир не для того, чтобы обожить плоть, но как Слово Божие, чтобы открыть путь в небеса к Отцу Небесному для душ – Его детей. Это значит, что Господь Наш оставался Светом, оставался Словом, оставался от другого мира. Сын Божий – это Слово, которое предвечно, и именно о Нем сказано: «И _Слово_ стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины» (Иоан.1:14). И этой плотью надо не закусывать и не выпивать, но исполнять истинный смысл Тайной Вечери. А истинный ее смысл не в том, что вы едите и пьете, а с Кем вы трапезуете. Смысл понятия Евхаристии - это прежде всего воспоминание Вечери Господней κυριακόν δεΐπνον (l Kop. 11, 20): «И, взяв хлеб и благодарив, преломил и подал им, говоря: сие есть тело Мое, которое за вас предается; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, говоря: сия чаша [есть] Новый Завет в Моей крови, которая за вас проливается.» (Лук.22:19,20); «И, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, и сказал: сия чаша есть новый завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание. Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет.» (1Кор.11:24-26).

То есть, это установление Вечери было воспоминанием последней трапезы с Господом. Вспоминать Господа, быть с Ним единым – это прежде всего исполнять Его заповеди, волю Его Отца. «Ибо, кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь».(Матф.12:50); Недаром слова эти и вошли в состав всех раннехристианских анафор. Потому-то и молитва воспоминания, «анамнезис», была существенной частью раннехристианского евхаристического канона. Установление Тайной вечери – это благодарение Господа за честь служить Ему. «Итак, воспоминая Его смерть и Воскресение, мы предлагаем Тебе Хлеб и Чашу, благодаря Тебя за то, что Ты нас удостоил предстать пред Тобою и священнодействовать Тебе», говорит ранняя евхаристическая Молитва. И когда мы читаем литургические документы добрых христиан, то словно видим отражение этих ранних чаяний: «Иисус же сказал им: «Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть плоти Сына Человеческого [что значит: если не будете соблюдать заповеди Сына Божьего] и пить крови Его [что значит: если не примете духовного смысла Нового Завета], то не будете иметь в себе жизни…» (Латинский ритуал Христиан). И даже более того: «Посему, кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней. Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе.» (1Кор.11:27-29).

Евхаристическое богослужение первых времен христианства обозначалось самыми различными именами, как, например: κυριακόν δεΐπνον [Господня Вечеря], κλάσις τοϋ άρτου [преломление хлеба], προσφορά [приношение], έπίκλησις [призывание], Соеnа [Вечеря], Coena Dominica [Вечеря Господня], Mensa Domini [Трапеза Господня], oblatio [приношение], fractio [преломление], liturgia [литургия (от греч. «общее дело»)], anaphora [анафора (от греч. «возношение»)], agapа [агапа (от греч. «любовь»)], synaxis [синаксис (от греч. «собрание»)], etc. Но нигде нет упоминания о преосуществлении. Ритуал благословления хлеба у добрых людей – это и есть в чистом виде апостольская Евхаристия, воспоминание о Вечере Господней.

Последние добрые христиане, покидая гостеприимный кров своих верующих, всегда оставляли им благословленный хлеб. Этот хлеб, учили они, не становится Телом Господа Нашего, ибо тесто, из которого он выпечен, было – и остается – обычным тестом, которое сохнет, черствеет или плесневеет. Но это был Хлеб Молитвы Господней, благословленный в воспоминание о Тайной Вечере. Когда верующий ел этот хлеб и, тем более, разделял трапезу с добрым человеком, он сотрапезничал с одним из апостолов, а следовательно, с самим Господом Нашим. Оставляя верующих перед тем, как отправиться в последний путь из Испании в графство Фуа, навстречу своему костру, добрый человек Гийом Белибаст говорил, что если верующие будут есть этот хлеб и вспоминать его добрые слова, и говорить Benedicite, то в день их смерти ангел небесный спустится, чтобы забрать их души и препроводить их в Царствие Отца. У нас нет хлеба, благословленного добрыми людьми. Но у нас есть святые Евангелия, где написано: «И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек.» (Иоан.14:16).

Но у каждого свой путь. Люди хотят идти разными дорогами, тяжелыми и легкими. Кто-то желает идти широкими вратами. В конце концов, чем вафелька не интерпретация Слова Божия? Приятного аппетита. Берите Его, христиане, и ешьте. (с) Бог поругаем не бывает. Все мы – Его дети. И те, кто верит в магию Тела и Крови, но исполняет заповеди и призывает имя Господне, тоже получит благую часть.

URL записи